Email this article 
Obesity as a cause of adverse pregnancy outcomes
- Authors: Koshulko P.A.1, Mekhralieva M.N.1, Gevorgyan A.A.1, Urduhanova D.S.1, Elin N.S.1, Zhironkin I.A.1, Larina I.R.1, Chekurova A.A.1, Apelgants A.Y.1, Vinogradov I.N.1, Ermolinskaia D.S.1, Fadeeva K.A.1, Тrunina A.D.1, Мotorina M.O.1, Кonkina D.D.1
-
Affiliations:
- Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
- Issue: Vol 21, No 4 (2025)
- Pages: 123-129
- Section: GYNECOLOGY. ORIGINAL REPORTS
- Published: 20.01.2026
- URL: https://ojrs.abvpress.ru/ojrs/article/view/1438
- DOI: https://doi.org/10.17650/1994-4098-2025-21-4-123-129
- ID: 1438
Cite item
Full Text
Abstract
Aim. To evaluate the impact of maternal obesity on pregnancy outcomes, perinatal complications, and the prevalence of somatic and gynecological disorders in pregnant women with increased body mass.
Materials and methods. A comparative study was conducted including two groups: 100 pregnant women with obesity (body mass index ≥30 kg / m2) and 100 women with normal weight. Anthropometric parameters, somatic and gynecological history, pregnancy complications, and neonatal outcomes were analyzed. Statistical significance was determined using Student’s t-test and χ2 test (p <0.05).
Results. Women with obesity had higher age (30.10 ± 5.60 years old versus 25.13 ± 4.52 years old; p <0.05), body weight (82.75 ± 6.74 kg versus 65.07 ± 4.40 kg; p <0.05), and body mass index (31.30 ± 3.40 kg / m2 versus 23.70 ± 2.85 kg / m2; p <0.05). They demonstrated increased frequencies of hypertension (33 % versus 16 %), asthma (7 % versus 1 %), hypothyroidism (20 % versus 7 %), chronic pyelonephritis (26 % versus 15 %), and menstrual disorders (49 % versus 17 %). Pregnancy in the obese group was characterized by significantly higher rates of preeclampsia (47 % versus 19 %), gestational hypertension (45 % versus 17 %), threatened miscarriage (21 % versus 9 %), cervical insufficiency (9 % versus 2 %), and polyhydramnios (8 % versus 3 %). Cesarean delivery was more common in the obese group (69 % versus 28 %). Neonatal complications – including asphyxia (16 % versus 7 %), congenital malformations of the heart and kidneys (7 % versus 1 %), and hyperbilirubinemia (6 % versus 1 %) – also occurred more frequently.
Conclusion. Maternal obesity is strongly associated with adverse maternal and neonatal outcomes and should be considered a major risk factor requiring intensified clinical monitoring.
Keywords
Full Text
Введение
Ожирение является одной из наиболее значимых медико-социальных проблем современного здравоохранения, оказывая глубокое влияние на течение беременности и перинатальные исходы. Рост распространенности ожирения среди женщин репродуктивного возраста – следствие изменений образа жизни, питания, уровня физической активности и метаболической нагрузки – привел к увеличению доли беременностей, протекающих на фоне избыточной массы тела [1–3].
Беременность при ожирении сопровождается выраженным усилением физиологической инсулинорезистентности, изменениями липидного обмена, нарушениями эндотелиальной функции и активацией хронического субклинического воспаления. Эти процессы формируют патогенетическую основу для гипертонических расстройств, преэклампсии, аномалий плацентации, инфекционно-воспалительных осложнений, а также метаболической дезадаптации плода [4–6].
Наряду с метаболическими факторами значительный вклад вносят соматические заболевания, часто сопутствующие ожирению, такие как гипертензия, заболевания щитовидной железы, хронические инфекции мочевых путей и нарушения менструальной функции. Их сочетание формирует высокую акушерскую настороженность и определяет необходимость усиленного мониторинга беременных [7, 8].
На фоне указанных тенденций возрастает значимость исследований, направленных на оценку структурных особенностей течения беременности у женщин с ожирением, анализ соматической коморбидности и определение факторов, увеличивающих риск неблагоприятных исходов.
Цель исследования – оценить влияние ожирения на течение беременности и перинатальные исходы, а также определить частоту соматических и гинекологических заболеваний у беременных с повышенной массой тела.
Материалы и методы
В исследование было включено 200 беременных, которые были распределены на 2 сопоставимые по возрасту и гестационному сроку группы: основная группа – 100 пациенток с диагностированным ожирением, контрольная группа – 100 женщин с нормальной массой тела. Критерием установления диагноза ожирения служил индекс массы тела (ИМТ) ≥30 кг / м2, определенный при первичном обращении в женскую консультацию. Антропометрическая оценка проводилась по строгим клиническим стандартам: измерение массы тела выполнялось на калиброванных электронных весах с точностью до 0,1 кг, рост определялся ростомером с погрешностью не более 0,1 см, после чего ИМТ рассчитывался по формуле Кетле. Использование именно этого порогового значения соответствовало международным рекомендациям и обеспечивало идентичность подходов к классификации ожирения в рамках популяционных исследований.
Критерии включения предусматривали одноплодную беременность, отсутствие декомпенсированных соматических заболеваний, пороков развития матки, онкологической патологии и тяжелых инфекций. Присутствие ожирения являлось основанием лишь для отнесения к основной группе и не служило причиной исключения. Все пациентки перед включением были информированы о целях и протоколе исследования и подписали добровольное согласие на участие в исследовании.
Проведение данного исследования было одобрено локальным этическим комитетом Приволжского исследовательского медицинского университета Минздрава России.
Обследование пациенток проводилось на базе Городского клинического роддома № 5, дальнейший анализ полученных результатов – на базе кафедры акушерства и гинекологии Приволжского исследовательского медицинского университета.
Статистическая обработка данных осуществлялась с помощью лицензионного пакета программ Statistica 14. Статистическую значимость показателей в группах оценивали по критерию Стьюдента. Соответствие опытных данных нормальному распределению проверяли по критерию Колмогорова–Смирнова. Полученные данные представлены в виде М ± σ, где М – среднее арифметическое группы значений, σ – среднеквадратичное отклонение выборки. Степень взаимосвязи полученных данных оценивалась путем расчета коэффициента корреляции Спирмена. Различия считались статистически значимыми при р <0,05.
Результаты и обсуждение
Сравнительный анализ 2 групп позволил выявить закономерности, подтверждающие ключевую роль ожирения как значимого фактора риска неблагоприятных акушерских и перинатальных исходов. Антропометрические показатели демонстрировали выраженное различие между группами: возраст женщин с ожирением был выше (30,1 ± 5,60 года против 25,13 ± 4,52 года; p <0,05), масса тела – значительно больше (82,75 ± 6,74 кг против 65,07 ± 4,40 кг; p <0,05), а ИМТ – существенно выше (31,30 ± 3,40 кг / м2 против 23,70 ± 2,85 кг / м2; p <0,05) (табл. 1). Эти данные не только отражают сам факт ожирения как клинического состояния, но и указывают на его длительную эволюцию, сопровождающуюся формированием хронических нарушений эндокринной и сосудистой регуляции.
Таблица 1. Антропометрические и возрастные показатели, М ± σ
Table 1. Anthropometric and age indicators, М ± σ
Показатель Parameter | Группа 1 Group 1 | Группа 2 Group 2 | p |
Возраст, лет Age, years | 30,1 ± 5,60 | 25,13 ± 4,52 | <0,05 |
Масса тела, кг Body weight, kg | 82,75 ± 6,74 | 65,07 ± 4,40 | <0,05 |
Рост, cм Height, cm | 165,17 ± 4,68 | 164,21 ± 5,90 | >0,05 |
Индекс массы тела, кг / м2 Body mass index, kg / m2 | 31,30 ± 3,40 | 23,70 ± 2,85 | <0,05 |
Структура соматической патологии также отчетливо демонстрировала накопительный характер метаболической нагрузки у женщин с ожирением. Для них была характерна более высокая частота гипертонической болезни (33 % против 16 %; p <0,05), что согласуется с известными механизмами работы ренин-ангиотензиновой системы и снижением сосудистой реактивности на фоне избыточной массы тела. Значимо чаще встречались хронический пиелонефрит (26 % против 15 %; p <0,05) и бронхиальная астма (7 % против 1 %; p <0,05), что может отражать системное воспаление и повышенную чувствительность к инфекционным и иммунным триггерам, характерную для ожирения. Нарушения функции щитовидной железы – гипотиреоз (20 % против 7 %; p <0,05) – подтверждают наличие взаимосвязи между тиреоидной регуляцией и метаболическим статусом, типичной для данной категории пациенток (табл. 2).
Таблица 2. Соматический анамнез исследуемых пациенток, n (%)
Table 2. Somatic history of the examined patients, n (%)
Показатель Parameter | Группа 1 (n = 100) Group 1 (n = 100) | Группа 2 (n = 100) Group 2 (n = 100) | p |
Гипертоническая болезнь Hypertension | 33 (33) | 16 (16) | <0,05 |
Бронхиальная астма Bronchial asthma | 7 (7) | 1 (1) | <0,05 |
Хронический гастрит Chronic gastritis | 10 (10) | 3 (3) | <0,05 |
Хронический пиелонефрит Chronic pyelonephritis | 26 (26) | 15 (15) | <0,05 |
Гипотиреоз Hypothyroidism | 20 (20) | 7 (7) | <0,05 |
Эутиреоз Euthyrosis | 7 (7) | 1 (1) | <0,05 |
Диффузно-токсический зоб Diffuse toxic goiter | 2 (2) | 1 (1) | >0,05 |
Миопия Myopia | 2 (2) | 9 (9) | <0,05 |
Гинекологическая заболеваемость также была существенно выше среди женщин с ожирением. Нарушения менструального цикла выявлялись у 49 % пациенток против 17 % (p <0,05), что указывает на распространенность хронической ановуляции и относительной гиперэстрогении, характерных для метаболического синдрома. Эндометриоз (9 % против 2 %; p <0,05), бесплодие различного генеза (14 % против 4 %; p <0,05) и доброкачественные опухоли яичников (26 % против 10 %; p <0,05) также встречались чаще, что подчеркивает влияние ожирения на гормональную регуляцию и репродуктивный потенциал (табл. 3).
Таблица 3. Гинекологические заболевания исследуемых пациенток, n (%)
Table 3. Gynecological diseases of the examined patients, n (%)
Показатель Parameter | Группа 1 (n = 100) Group 1 (n = 100) | Группа 2 (n = 100) Group 2 (n = 100) | p |
Нарушения менструального цикла Menstrual disorders | 49 (49) | 17 (17) | <0,05 |
Миома матки Uterine fibroids | 7 (7) | 5 (5) | >0,05 |
Эндометриоз Endometriosis | 9 (9) | 2 (2) | <0,05 |
Бесплодие различного генеза Infertility of various origins | 14 (14) | 4 (4) | <0,05 |
Доброкачественные опухоли яичников Benign ovarian tumors | 26 (26) | 10 (10) | <0,05 |
Сальпингоофорит Salpingo-oophoritis | 13 (13) | 11 (11) | >0,05 |
Вагинит Vaginitis | 32 (32) | 30 (30) | >0,05 |
Акушерский анамнез демонстрировал существенные различия: нормальные роды отмечены лишь у 31 % пациенток с ожирением, тогда как в контрольной группе – у 72 % (p <0,05). В то же время кесарево сечение выполнялось в 69 % случаев против 28 % (p <0,05) (табл. 4). Этот показатель может отражать как медицинские показания (преэклампсия, несостоятельность родовой деятельности), так и превентивные меры, направленные на снижение риска осложнений.
Таблица 4. Акушерско-гинекологический анамнез, n (%)
Table 4. Obstetric and gynecological history, n (%)
Показатель Parameter | Группа 1 (n = 100) Group 1 (n = 100) | Группа 2 (n = 100) Group 2 (n = 100) | p |
Нормальные роды Normal childbirth | 31 (31) | 72 (72) | <0,05 |
Кесарево сечение Cesarean section | 69 (69) | 28 (28) | <0,05 |
Первая беременность, первые роды First pregnancy, first childbirth | 26 (26) | 37 (37) | <0,05 |
Повторная беременность, первые роды Repeat pregnancy, first childbirth | 15 (15) | 12 (12) | >0,05 |
Повторная беременность повторные роды Repeat pregnancy, repeat childbirth | 59 (59) | 51 (51) | <0,05 |
Осложнения I половины беременности у женщин с ожирением имели выраженный характер: артериальная гипертензия встречалась у 45 % пациенток против 17 % (p <0,05), угроза выкидыша – у 21 % против 9 % (p <0,05), обострение герпетической инфекции – у 11 % против 3 % (p <0,05), истмико-цервикальная недостаточность – у 9 % против 2 % (p <0,05) (табл. 5). Эти показатели указывают на снижение функционального резерва сосудистой и иммунной регуляции.
Таблица 5. Осложнения первой половины беременности, n (%)
Table 5. Complications of the first half of pregnancy, n (%)
Показатель Parameter | Группа 1 (n = 100) Group 1 (n = 100) | Группа 2 (n = 100) Group 2 (n = 100) | p |
Анемия Anemia | 13 (13 %) | 6 (6 %) | <0,05 |
Вагиноз Vaginosis | 14 (14) | 12 (12) | >0,05 |
Кольпит Colpitis | 7 (7) | 5 (5) | >0,05 |
Обострение хронической герпетической инфекции Exacerbation of chronic herpes infection | 11 (11) | 3 (3) | <0,05 |
Артериальная гипертензия Arterial hypertension | 45 (45) | 17 (17) | <0,05 |
Угрожающий выкидыш Threatened miscarriage | 21 (21) | 9 (9) | <0,05 |
Рвота беременных Hyperemesis gravidarum | 10 (10) | 3 (3) | <0,05 |
Заболевания, передающиеся половым путем Sexually transmitted diseases | 8 (8) | 6 (6) | >0,05 |
Инфекция мочевыводящих путей Urinary tract infection | 5 (5) | 4 (4) | >0,05 |
Истмико-цервикальная недостаточность Cervical insufficiency | 9 (9) | 2 (2) | <0,05 |
Во II половине беременности различия сохранялись и углублялись. Преэклампсия регистрировалась почти у половины пациенток с ожирением – 47 % против 19 % (p <0,05), плацентарная недостаточность – у 21 % против 7 % (p <0,05), гипоксия плода – у 16 % против 9 % (p <0,05), задержка развития плода – у 9 % против 3 % (p <0,05) (табл. 6). Эти данные подтверждают, что ожирение создает постоянную метаболическую и гемодинамическую нагрузку на фетоплацентарный комплекс.
Таблица 6. Осложнения второй половины беременности, n (%)
Table 6. Complications of the second half of pregnancy, n (%)
Показатель Parameter | Группа 1 (n = 100) Group 1 (n = 100) | Группа 2 (n = 100) Group 2 (n = 100) | p |
Анемия Anemia | 53 (53) | 51 (51) | >0,05 |
Вагинит Vaginitis | 11 (11) | 9 (9) | >0,05 |
Угрожающий выкидыш Threatened miscarriage | 24 (24) | 11 (11) | <0,05 |
Нарушение толерантности к глюкозе Impaired glucose tolerance | 6 (6) | 4 (4) | >0,05 |
Плацентарная недостаточность Placental insufficiency | 21 (21) | 7 (7) | <0,05 |
Гипоксия плода Fetal hypoxia | 16 (16) | 9 (9) | <0,05 |
Задержка развития плода Fetal growth restriction | 9 (9) | 3 (3) | <0,05 |
Преэклампсия Preeclampsia | 47 (47) | 19 (19) | <0,05 |
Вагиноз Vaginosis | 9 (9) | 7 (7) | >0,05 |
Кольпит Colpitis | 16 (16) | 14 (14) | >0,05 |
Многоводье Polyhydramnios | 8 (8) | 3 (3) | <0,05 |
Отеки беременных Edema in pregnant women | 30 (30) | 12 (12) | <0,05 |
Неонатальные исходы также демонстрировали значимые различия: асфиксия отмечена в 16 % случаев против 7 % (p <0,05), врожденные пороки развития сердца и почек – в 7 % против 1 % (p <0,05), гипербилирубинемия – в 6 % против 1 % (p <0,05), поражения центральной нервной системы – в 6 % против 1 % (p <0,05) (табл. 7). Эти показатели отражают влияние хронической гипоксии, метаболической нестабильности и системного воспаления, характерных для ожирения в период беременности.
Таблица 7. Осложнения неонатального периода, n (%)
Table 7. Complications of the neonatal period, n (%)
Показатель Parameter | Группа 1 (n = 100) Group 1 (n = 100) | Группа 2 (n = 100) Group 2 (n = 100) | p |
Асфиксия плода Fetal asphyxia | 16 (16) | 7 (7) | <0,05 |
Кефалогематома Cephalhematoma | 2 (2) | 9 (9) | <0,05 |
Врожденные пороки развития сердца и почек Congenital malformations of the heart and kidneys | 7 (7) | 1 (1) | <0,05 |
Гипербилирубинемия Hyperbilirubinemia | 6 (6) | 1 (1) | <0,05 |
Заболевания центральной нервной системы Diseases of the central nervous system | 6 (6) | 1 (1) | <0,05 |
Выводы
Проведенное исследование показало, что ожирение оказывает выраженное влияние на течение беременности и перинатальные исходы. У женщин с избыточной массой тела чаще выявлялись соматические и гинекологические заболевания, что формировало неблагоприятный метаболический фон уже на ранних этапах гестации. Беременность в этой группе сопровождалась более высокой частотой осложнений, включая гипертензию, преэклампсию, угрозу прерывания, плацентарную недостаточность и гипоксию плода. Новорожденные от матерей с ожирением имели повышенный риск асфиксии, врожденных аномалий и нарушений адаптации.
Полученные результаты подчеркивают необходимость ранней коррекции факторов риска, тщательного наблюдения и индивидуализированного ведения беременности у женщин с ожирением, что позволяет снизить вероятность неблагоприятных последствий для матери и ребенка.
About the authors
Pavel A. Koshulko
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Author for correspondence.
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0000-0003-2806-4017
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
M. N. Mekhralieva
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0007-4535-1890
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
A. A. Gevorgyan
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0002-8080-8319
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
D. S. Urduhanova
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0000-9494-9169
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
N. S. Elin
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0000-0688-8539
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
I. A. Zhironkin
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0004-8986-4039
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
I. R. Larina
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0008-6209-6681
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
A. A. Chekurova
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0009-0149-6013
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
A. Yu. Apelgants
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0004-2023-7790
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
I. N. Vinogradov
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0000-6121-5775
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
D. S. Ermolinskaia
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0006-1730-3341
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
K. A. Fadeeva
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0000-4279-3852
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
A. D. Тrunina
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0001-7864-3853
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
M. O. Мotorina
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0002-8674-4694
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
D. D. Кonkina
Privolzhsky Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Email: nikolconnik@gmail.com
ORCID iD: 0009-0007-9872-6051
Russian Federation, 10 / 1 Ploshchad Minina and Pozharskogo, Nizhny Novgorod 603005
References
- Repina M.A., Sukhikh G.T. Pregnancy and obesity: modern approaches to management. Akusherstvo i ginekologiya = Obstetrics and Gynecology 2020;(6):15–21. (In Russ.).
- ACOG Committee Opinion No. 763: Obesity in pregnancy. Obstet Gynecol 2019;133:e97–106.
- Marchi J., Berg M., Dencker A. et al. Risks associated with obesity in pregnancy: systematic review. Obesity Rev 2015;16(8):621–38. doi: 10.1111/obr.12288
- Dedov I.I., Melnichenko G.A., Fadeev V.V. Obesity: etiology, pathogenesis, treatment. Moscow: GEOTAR-Media, 2021. (In Russ.).
- Catalano P.M., Shankar K. Obesity and pregnancy: mechanisms and clinical implications. Cell Metabolism 2017;26(3):425–38.
- Kominiarek M.A., Peaceman A.M. Gestational weight gain. Am J Obstet Gynecol 2017;217(6):642–51. doi: 10.1016/j.ajog.2017.05.040
- Barker D.J. The developmental origins of chronic disease. J Epidemiol Community Health 2004;58:114, 115.
- Chu S.Y., Kim S.Y., Lau J. Maternal obesity and risk of stillbirth. JAMA 2007;297(24):287–98.
Supplementary files
